Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, выберите Вход или Регистрация
WWW-Dosk
   
  ГлавнаяСправкаПоискВходРегистрация  
 
 
Страниц: 1 ... 6 7 8 9 10 
Творчество Хонтора: стихи и прочее (Прочитано 6324 раз)
Ответ #105 - 06/02/11 :: 3:26pm

Евгений Хонтор   Вне Форума
Матерый
Зверь с гривой из трав
и ветра
Россия, Москва

Пол: male
Сообщений: 333
****
 
Цитата:
есть опасение, что он перерастёт в роман

Это вряд ли) По основным событиям - скорее повесть... Просто если не выкладываю - нет стимула себя дальше пинать, вот как-то так)

Продолжение, кстати.

Черныш резко затормозил, когда в ноздри ударил запах псины. Ему преградили дорогу пятеро, за деревьями мелькали грязно-бурые спины остальных. При свете дня защитник разглядел шакалов - почему-то это слово настойчиво шло на ум, хотя твари если и походили на них, то лишь отдаленно. Мощные, как быки, и кряжистые, как медведи, с короткой толстой шеей и покатой спиной, вытянутые пасти оскалены, умные, но злые глаза недобро смотрят на чужака. Большие заостренные уши стоят торчком, как на шакальих масках жрецов Мерраху.
Защитник ощутил гнев - эти псы посмели преградить ему путь. Но они принадлежат хозяину, сразу рвать им горло - плохое начало.
-Я иду к вашему господину, прочь с дороги! - прорычал зверь, вздыбившись.
-Да сейчас, - ухмыльнулся вожак. - Ему про тебя даже знать не надобно, недобиток. Лучше б не шел за нами - дольше бы прожил.
Сзади поддакнули: - Что с ним трепаться? Командор эту мразь с того света вытащил, а наших с меньшей раной в расход.
Защитник мимоходом отметил, что угадал. Эти твари действительно служат его хозяину... Командору не понравится, если шакалы решат за него, что делать с Чернышом. Зверь гнал предательскую мысль, что новому хозяину может не быть до этого дела.
-Вы меня пропустите, - защитник оскалился, развернув крылья. - Или командор с вас шкуру спустит.
Шакалы взяли его в кольцо. Черныш запоздало понял, что совершил ошибку. Раж угасал, рана снова заныла, враги и поодиночке могли намять ему бока, а всей стаей и подавно.
Вожак, матерый зверь с седой шкурой, вкрадчиво спросил:
-А кто ж ему расскажет? Мертвый котенок?
Защитник выгнул спину дугой, выпустил когти с тихим утробным рыком. Один из тех, кто издевался над умирающим Чернышом в прошлую ночь. Да, тот самый запах, хотя от них от всех несет одинаково. Отступать некуда, в лесу взлетать - только крылья сломаешь. Черныш понял, что бой будет до смерти, и дал себе слово забрать вожака с собой. Он прыгнул первым, молча, целясь в горло.
-Что здесь происходит? - спокойный голос подействовал на шакалов, как холодный душ. Твари замерли, поджав хвосты, Черныш влетел в неподвижного противника, как в стену, сбил его с ног и упал сам. Голос он узнал сразу, вскочил и повернулся навстречу.
Хозяин был не совсем такой, как представлялось Чернышу. Почему-то зверь ожидал увидеть великана, или демона в клубах черного дыма. Командор на первый взгляд казался обычным человеком. Среднего роста, жилистый, поджарый. Издали защитник мог бы принять его за простого солдата. И все же шакалы в его присутствии боялись вздохнуть, да и Чернышу было не по себе. Вокруг хозяина словно бушевало темное пламя, невидимое, но шерсть от него становилась дыбом. Защитник замер, присмотрелся. Прошлой ночью он видел лишь черную тень и глаза. При свете дня глаза оказались желто-карие, цвет теплый, зато взгляд - ледяной. Лицо будто высечено из камня, черты правильные, но резкие, жестокие; черные волосы коротко обрезаны. Одежда простая и удобная: поверх светлой рубахи грубый темный плащ,  закреплен так, чтобы можно было сбросить одним движением. На поясе кинжал - затертая рукоять красноречивее любых слов. «Этот человек умеет убивать, и не только добивать раненых», - Черныш пытался подавить дрожь в лапах, боевой запал выветрился бесследно. Но его слова, обращенные к командору, прозвучали твердо:
-Я пришел, чтобы служить тебе. Стать твоим защитником.
Тот помолчал, под его пристальным взглядом было холодно. Спокойный, взвешенный ответ ударил больнее ножа: - Мне это не нужно. Уходи.
 

Ни слова о людях
IP записан
 
Ответ #106 - 06/02/11 :: 8:25pm

TAtYana   Вне Форума
При исполнении
ренегат
Москва

Пол: female
Сообщений: 2494
*****
 
Мне нравится. Тут хорошая детская повесть может выйти, по-моему.
 

"За убеждения страдали Софья Перовская, Жанна д'Арк и Любовь Шевцова, а не девочки, которых в уютной ЖЖ-шечке обсмеяли"
(c) Змей (Ю.Нерсесов)
IP записан
 
Ответ #107 - 06/03/11 :: 3:44am

Евгений Хонтор   Вне Форума
Матерый
Зверь с гривой из трав
и ветра
Россия, Москва

Пол: male
Сообщений: 333
****
 
Цитата:
Тут хорошая детская повесть может выйти, по-моему.

Детская?  Ужас Ужас Ужас
Хм... по-моему, рейтинг жестковат для детской, и дальше будет не легче)
Но вообще думал, что вы меня разнессете в пух и прах, так что неожиданно приятно)
 

Ни слова о людях
IP записан
 
Ответ #108 - 06/03/11 :: 3:52am

Black   Вне Форума
При исполнении
Персонификация Мирового
Зла

Пол: male
Сообщений: 1555
*****
 
Для подростковой литературы самое то по рейтингу, ИМХО. Я бы с удовольствием такое читал в соответствующем возрасте.
 

Though I may walk through the valley of the shadow of death, I will fear no evil, for I am the meanest motherfucker in the valley.

If you are going through hell, keep going.
IP записан
 
Ответ #109 - 06/04/11 :: 3:08am

TAtYana   Вне Форума
При исполнении
ренегат
Москва

Пол: female
Сообщений: 2494
*****
 
Не знаю, кто придумал "низкорейтинговую" литературу для детей, дети от нее забираются в действительно взрослые книжки, потому что им интересно... в некотором роде "смотреть вперед". Читать про то, что они видят, но еще не могут понять.

Мне кажется, что здесь герой в плане морально-этического развития где-то близок к ребенку лет 8-12 (ну смотря какому ребенку, ага) и ровеснику было бы интересно и актуально задаваться вместе с героем вопросами, которыми он задается, и искать ответы. Верность, предательство, справедливость...

А излишнего натурализма в описании каких-то не самых приятных вещей я лично не наблюдаю, и уж точно не больше, чем у Сетон-Томпсона и Лондона, которые вроде бы признанные детские авторы. Лондона уровня "Джерри-островитянина" и "Белого клыка", разумеется, а не про Мартина Идена Улыбка
 

"За убеждения страдали Софья Перовская, Жанна д'Арк и Любовь Шевцова, а не девочки, которых в уютной ЖЖ-шечке обсмеяли"
(c) Змей (Ю.Нерсесов)
IP записан
 
Ответ #110 - 06/04/11 :: 6:39am

Евгений Хонтор   Вне Форума
Матерый
Зверь с гривой из трав
и ветра
Россия, Москва

Пол: male
Сообщений: 333
****
 
Ох и дети нынче пошли) Не знаю, конечно, как оно в итоге целиком выйдет... но пока для меня это так же странно, как "Декстер" для семейного просмотра"))
Хотя, может, я и не прав...
В общем, продолжение. Этот кусок, возможно, потом буду сильно дополнять и править...


Черныш взрыкнул, щелкая хвостом по бокам. Он и рад бы убраться отсюда... да отступать некуда.
-Ты - мой хозяин. Я должен быть рядом.
-Это лишь благодарность, - отрезал командор. - И она мне тоже не нужна.
Защитник сжался под его взглядом, но обида и отчаяние придали сил:
-Я не благодарен тебе! - рявкнул зверь, оскалившись. - Ты ушел и не взял меня с собой. Спас, а теперь прогоняешь, хоть без хозяина меня все равно ждет смерть...
Слова застряли в горле, когда командор вдруг оказался рядом - движение столь быстрое, что Черныш не уследил за ним. Сталь обожгла шею, шерсть повлажнела от крови - еще немного, и лезвие рассечет вену.
-Я уже видел смерть в твоих глазах. И могу убить тебя, если не уйдешь.
Как тяжел его взгляд, и ледяное безразличие в голосе - рука у него не дрогнет. Может, Чернышу приснилось все: что этот человек вытащил пулю и спас ему жизнь, не потребовав ничего взамен? Добрый поступок не вязался с командором, от которого веяло смертью. Тогда почему же? Разве милосердие может быть такой же прихотью, как и убийство? Или это какая-то игра - только зачем командору защитник, с такой-то армией чудовищ?
-Я не уйду, - выдавил Черныш, изо всех сил стараясь, чтобы голос звучал спокойно.
Командор молчал. Зверь замер, не дыша; казалось - сейчас лезвие полоснет по горлу, безжалостное, как хозяин. Но командор убрал оружие в ножны и развернулся в сторону леса, не сказав Чернышу ни слова. Защитник неуверенно последовал за ним.
В лагере было всего два шатра. Возле одного из них стоял заседланный конь. Массивный вороной жеребец, в звериной маске, скрывающей морду, черная попона расшита золотом и бирюзой. Такие лошади были у жрецов Мерраху. Черныш слишком устал, чтобы удивляться, только отметил про себя, что командор не слишком-то похож на жреца.
Жеребец покосился на чужака, прижал уши к голове и захрапел. Пахло от него не страхом - угрозой. Проклятое животное не только не боялось Черныша, но даже осмеливалось бросать ему вызов.
Командор молча вскочил в седло и скрылся за деревьями. Защитник проводил коня ненавидящим взглядом - хозяин даже не подумал, что теперь у него есть Черныш. Что ж, Герот был не лучше. А к равнодушию и молчанию Чернышу не привыкать. Не убили - и то хорошо.
Защитник лег у шатра, сложив голову на лапы. На душе было тоскливо. Командор не прогнал его, но и не принял. А шакалы сверлили новичка угрюмыми взглядами. Пока они не смели подойти, и все же зверь понимал - эти в покое не оставят.
Черныш с грустью вспоминал Вира. Освободившись от Герота, зверь мог найти его, стать его защитником. Но, может, лучшего хозяина Черныш и не заслужил, если с такой легкостью оставил прежнего?
Верность защитника - его гордость, его природа. Преступить через нее - все равно, что для человека отречься от отца и матери. И, как люди не выбирают родителей, защитники не выбирают своих хозяев. Черныш ненавидел Герота. Но, избавившись от него, чувствовал себя отступником.
-Тингра лечил кота, - мелодичный голос, похожий на журчание, раздался за спиной Черныша, тот резко повернулся и увидел странное четвероногое существо. Чуть склонив голову, оно рассматривало зверя большими миндалевидными глазами. Гладкая зеленая шерсть с темными пятнами переливалась на солнце. По длинной шее струились голубоватые щупальца, похожие на лианы.
Защитник ошалело уставился на гостя, выпалил: -Ты кто такой?
-Тингра, - прожурчало существо. - Тингра лечит командора Тар-Харро, если его ранят в бою. Тингра лечил большого черного кота, разве кот не помнит?
-Я Черныш, - поправил зверь, когда понял, что речь о нем.
-Кот, - настойчиво повторило существо, щупальца потянулись к боку Черныша, потрогали рану.
Зверь недоверчиво покосился на лекаря, но от его прикосновения растревоженная за день рана перестала болеть. «Кот так кот», - подумал Черныш. - «Не самое плохое прозвище».

***
Разум без эмоций слеп: Харро пришлось понять это и смириться. Чувства определяют необходимость, и, как собаки-поводыри, ведут к цели. Эмоции - внутренний огонь, необходимый, чтобы сделать выбор, а цель, созданная лишь усилием воли, однажды теряет смысл. Чем сильнее воля - тем позже наступит это «однажды», но оно неизбежно.
Только одно чувство доступно командору. Харро создан, чтобы разрушать и убивать. Это - его внутренний огонь, его потребность и цель. Другие эмоции чужды ему. Нет жалости - незачем щадить противника. Нет приязни - нет и разницы между другом и врагом. Нет любви - семья кажется излишеством...
Даже ненависть командору чужда. Он никогда не убивал из мести или в приступе ярости.
Разум может лишь определять границы допустимого, а воля - держать в них. Сегодня оборвется одна жизнь, завтра мир будет пылать, погружаясь в небытие, но когда-нибудь все миры поглотит темное пламя. Такие мысли все чаще посещали командора - завершить эту дурную бесконечность одним ударом. Когда останется лишь пустота, он навсегда растворится в ней.
Как долго Харро сможет удерживать под контролем свою природу? Жажда разрушения - не редкость, он встречал людей не менее жестоких. И все же одних в итоге останавливал страх, других - внезапно проснувшееся милосердие, а тех, кто не знал ни страха, ни жалости, усмиряла смерть.
В мирах нет силы, которая пугала бы командора. И не милосердие заставило его спасти раненого зверя. Смерти Харро не боялся - он так часто видел ее в глазах тех, кто умирал от его руки, что осталось лишь болезненное любопытство: что почувствует тот, кто убьет его самого? Когда встретится противник сильнее командора, Харро не будет сожалеть об этом, если успеет поймать его взгляд, ощутить тень его эмоций. Мысль отчего-то была сладкой и волнующей.
Но смерть - лишь граница. Лезвие, отсекающее от души все лишнее перед новым рождением. И в новом теле Харро вспомнит, что он такое. Сила, которая не позволит забыть - его воля, способная подчинить чудовищ и через взгляд выбить жизнь из врага. Воля, оградившая командора от собственного безумного пламени, сохраняющая в нем ясность мысли и горечь от понимания своей природы. Его совершенное оружие и проклятие.
Но даже такая сила не может вечно сдерживать жажду разрушения, не имея противовеса. Нет, воля не ослабнет, не сломается, просто огонь, клокочущий в сердце командора, подскажет ей цель. И миры начнут осыпаться пеплом под взглядом Тар-Харро... Сможет ли хоть что-то остановить его?
Помогая раненому защитнику, Харро надеялся найти ответ. Узнать, доступно ли ему милосердие. Отчасти надежды оправдались, но ответ командору не понравился.
Забирая жизнь, он слышал эхо чужой судьбы, чувствовал туго сплетенный узел чужих эмоций. Видел яркий и страшный момент перехода. Спасая жизнь - ощутил лишь разочарование. И что хуже - у каждого поступка есть последствия.
Защитника разорвут шакалы. На следующий день или через год - неважно. Харро мог сам убить его, это была бы легкая и быстрая смерть. Но момент упущен, зверь ждет его в лагере: ненужный и чуждый всему, что окружает командора.
 

Ни слова о людях
IP записан
 
Ответ #111 - 06/06/11 :: 6:09am

Евгений Хонтор   Вне Форума
Матерый
Зверь с гривой из трав
и ветра
Россия, Москва

Пол: male
Сообщений: 333
****
 
Самый надежный способ возненавидеть любимых персонажей - начать о них писать. После двух дней выправления одного-единственного отрывка про командора я готов лично его удавить.
Хуже всего, что если Черныша и прочих можно уже потом немного "подшлифовать", а мелкие ошибки не критичны для восприятия, то эта сволочь, которую я должен бы по идее знать от и до, поддается перу с таким треском, что впору взвыть.
И ведь про него, про эту сволочь, надо сразу начисто. Выверяя слова и следя, чтоб не было ни лишнего, ни ошибок, ни недоговорок. Ибо. Ибо это критично для восприятия и для рассказа.
Эдак я начну куда больше ценить Черныша. Про него писать легче.

Собственно, ПЕРЕДЕЛАННЫЙ кусок про командора с маленьким продолжением.

***
Разум без эмоций слеп: Харро пришлось понять это и смириться. Чувства, как собаки-поводыри, направляют разум, ведут его к цели. В живом пламени эмоций рождаются мотивы поступков; воля может подавить желания, но чаще выбирает из многих порывов самый достойный.
Харро создан, чтобы разрушать и убивать. Это - его внутренний огонь, его потребность и цель. Командора притягивает, завораживает смерть, как иных - языки пламени или движение облаков. Он знает, что такое сострадание: разделить предсмертную боль, видеть в гаснущих глазах отражение последних мыслей. Держа взглядом чужую душу, на миг почувствовать все, чем был и чем не успел стать умирающий, вместе с ним ощутить сожаление, пронзительную грусть по уходящей жизни. Проводить до последней черты, не дрогнув, не отвернувшись. Это и есть сострадание - все остальное достойно называться лишь жалостью.
Другие эмоции чужды командору или так слабы, что кажутся шепотом, замирающим эхом. Нет жалости - незачем щадить противника. Нет приязни - нет и разницы между другом и врагом. Нет любви - семья не нужна.
Даже ненависть ему чужда. Харро никогда не убивал из мести или в приступе ярости. Смерть не терпит бессмысленной злобы. Ее суть одна для всех - добрых и жестоких, трусов и храбрецов. Харро не мог почувствовать ценность жизни, но уважал смерть: ее трагедию, ее необратимость. Он сам стал смертью - на поле битвы и в поединках, и среди черной пустоты, что остается после разрушенного мира. Темный командор одержим единственной страстью.
И понимает, насколько она ужасна. Разум может лишь определить ее границы, а воля - держать в них. Сегодня оборвется одна жизнь, завтра мир будет пылать, погружаясь в небытие, но когда-нибудь все миры поглотит темное пламя. Такие мысли все чаще посещают командора - завершить эту дурную бесконечность одним ударом, испепелить все. Когда останется лишь пустота, он навсегда растворится в ней. Единственное, что останавливает Харро - трезвое осознание собственного изъяна. Само существование такого, как он - противоестественно и опасно.
Как долго командор сможет держать под контролем свою природу? Жажда разрушения - не редкость, он встречал людей не менее жестоких. И все же одних в итоге останавливал страх, других - внезапно проснувшееся милосердие, а тех, кто не знал ни страха, ни жалости, усмиряла смерть.
В мирах нет силы, которая пугала бы командора. Милосердие не заставит опустить руку, занесенную для удара - он пытался найти в себе хоть каплю жалости к умирающему зверю и не смог. Даже смерть не остановит Тар-Харро. Это тело уязвимо, но командор не боялся: он так часто видел смерть в глазах тех, кто умирал от его руки, что остался лишь болезненный интерес: что почувствует тот, кто убьет его самого? Когда встретится достойный противник, Харро не будет жалеть о поражении, если успеет поймать его взгляд, услышать его мысли.
Но смерть - лишь граница. Лезвие, отсекающее от души все лишнее перед новым рождением. Харро вспомнит, что он такое, даже в новой жизни с чистого листа. Сила, которая не позволит забыть - его воля, способная подчинять чудовищ и взглядом вышибить жизнь из врага. Воля, оградившая командора от собственного безумного пламени, сохраняющая в нем ясность мысли и горечь от понимания своей природы. Его совершенное оружие и проклятие.
Но даже такая сила не может вечно сдерживать жажду разрушения, не имея противовеса. Нет, воля не ослабнет, не сломается, просто огонь, клокочущий в сердце командора, подскажет ей цель. И миры начнут осыпаться пеплом под взглядом Тар-Харро... Сможет ли тогда хоть что-то остановить его?
Помогая раненому защитнику, Харро надеялся найти ответ, и ответ ему не понравился. Цель, поставленная одним лишь усилием воли, вопреки собственной природе, не приносит удовлетворения и однажды превратится в дым.  Милосердие - не тот якорь, который выдержит темную бурю.
Забирая жизнь, командор слышал эхо чужой судьбы, чувствовал туго сплетенный узел чужих эмоций. Видел яркий и страшный момент перехода. Спасая жизнь - ощутил лишь разочарование. И, что хуже, - у каждого поступка есть последствия.
Защитника разорвут шакалы. На следующий день или через год - неважно. Харро мог сам убить его - кинжал в твердой руке лучше, чем клыки тварей, пожирающих жертву живьем. Но жизнь и смерть - не разменные монеты, решение было принято, когда командор приказал позвать лекаря. С последствиями придется смириться. Зверь в лагере, ждет хозяина: ненужный и чужой всему, что его окружает.
Конь под командором негромко всхрапнул, остановился. Над землей поднимался клубами, перекатываясь, черный дым, принимая очертания  тощего пса с узкой вытянутой мордой. Вкрадчивый голос шел из самой темноты:
-С прибытием, Тар-Харро. Как тебе этот мирок?
Командор поморщился:
-У него нет защиты, разве что люди. Люди против шакалов - жалкое зрелище.
-Понимаю, понимаю, - притворный вздох. - Но здесь тебе придется задержаться. У меня в Эртайгоне еще пара дел...
-И ты уладишь их раньше, чем мне надоест ждать, - ледяным тоном отрезал Харро.
Тень колыхнулась.
-Мои дела не терпят спешки. Зато подрастет достойный противник, чтобы этот мирок не казался таким беспомощным. Да, поговаривают, ты себе игрушку нашел... Что с тобой, командор? Это дети тащат домой умирающих котят, - голос сочился ехидством. -Смотри, растаешь.
Харро не счел нужным ответить. Он развернул коня и жестко бросил напоследок:
-Я дам тебе время. Но не злоупотребляй им... и моим терпением.
« Последняя редакция: 06/06/11 :: 8:26pm от Евгений Хонтор »  

Ни слова о людях
IP записан
 
Ответ #112 - 06/07/11 :: 7:27pm

Евгений Хонтор   Вне Форума
Матерый
Зверь с гривой из трав
и ветра
Россия, Москва

Пол: male
Сообщений: 333
****
 
***
Черныш издал возмущенный рев, когда Тингра в очередной раз грациозно проскользнул между близко растущими стволами деревьев и скрылся в зарослях. Из всех обитателей лагеря он был самым несуразным на вид, но неожиданно ловким и быстрым, как молодой олень. А еще лекарь любил играть. Его появление спасло Черныша от невеселых мыслей, и до заката кот самозабвенно гонялся за Тингрой по перелеску, хотя поймать смог всего раз. Вымотавшись окончательно, он растянулся на траве, прикрыв глаза, и впервые за эти два дня почувствовал себя если не счастливым, то, по крайней мере, не таким одиноким.
Защитник не будет досаждать страшному человеку, добиваться его одобрения. Пока рядом Тингра, не так страшны безразличие командора и злобные взгляды шакалов. Лекарь - единственное добродушное существо среди всех этих чудовищ, Чернышу с ним легко и радостно.
За ухо легонько куснули, зверь лениво приоткрыл глаз и увидел над собой округлую зеленую мордочку.
-Кот больше не хочет ловить Тингру? - прощебетал лекарь, теребя защитника щупальцами-лианами.
-Ты бегаешь быстро... и жульничаешь, - Черныш изловчился и протянул языком хитрую морду от носа до загривка.
В ответ раздалось возмущенное журчание:
-Тингра не жульничает! Это кот толстый!
Защитника опять куснули - зубы у лекаря были острыми, как иголочки. Хорошо, что он умел рассчитывать силу, не то ходить бы коту без ушей.
Дружескую возню прервал стук копыт. Командор возвращался в лагерь. Зверь вскипел, едва завидев его жеребца, который будто назло красовался под всадником - шел ровной, размашистой рысью, выгнув крутую шею.
-Ненавижу эту тварь, - процедил защитник.
Тингра сочувственно погладил щупальцем его морду.
У шатра Харро спешился, расседлал коня. Оставил только маску, похожую на шакалий череп, - она скрывала голову животного почти целиком. «Интересно, - удивился кот. - Что под ней такого?» Пока он гадал, Тингра принес щетки и ведро овса. «Предатель», - беззлобно вздохнул Черныш, наблюдая, как лекарь чистит жеребца и расчесывает тяжелую, с серебряными прядями, гриву. Тингра любил всех.
Хозяин уже зашел в шатер, кот улегся неподалеку, не обращая внимания на рыскающих по лагерю шакалов. Время от времени между ними вспыхивали короткие жестокие драки, приглушенное рычание срывалось на визг. В сумерках их глаза светились болотными огнями. Защитник шкурой чувствовал, как злые взгляды буравят его, но сам с не меньшей злобой следил за конем.
«Это - собственность хозяина, - напомнил себе Черныш. - Ее нельзя трогать. Какое мне дело до командорского коня? Я все равно командору не нужен, и у меня есть Тингра, Тингра добрый и веселый, с ним хорошо».
Вороной жеребец насмешливо зыркнул на защитника из-под звериной маски, в его взгляде было вполне осмысленное презрение. Кот бешено рявкнул, взметнул хвостом пыль, огревая себя по бокам. Слишком тесно у хозяйского шатра для двоих. Но конь не двинулся с места, фыркнул, сверкнув карим глазом. Словно знал, что его не посмеют тронуть.
Черныш разрывался. Все его существо жаждало крови, но врожденные запреты охлаждали пыл - то, что принадлежит хозяину, неприкосновенно. Очередное правило, из тех, что лишают выбора и выворачивают душу. Из-за них защитник здесь, с жестоким человеком, который ничуть не лучше Герота. Внутри нарастала ярость - Черныш устал терпеть пренебрежение. Устал слепо подчиняться своей природе.
Он прянул с места, стремительно, беззвучно. Жеребец взвился на дыбы, но удар тяжелого тела повалил его, сильные челюсти сдавили шею. Черныш тряхнул головой, разрывая жилы. В голове гремел приказ остановиться, что-то ломалось внутри, но клыки лишь глубже вгрызались в плоть. Конь под ним издыхал, бесцельно молотя копытами воздух.
Лагерь будто вымер. Стало слишком тихо. Черныш поднял окровавленную морду и встретился взглядом с командором. Харро стоял у входа в шатер, лицо казалось спокойным, но ладонь легла на рукоять кинжала. Зверь вздрогнул. Он перешел черту. Хозяин мог убить Черныша на месте, как сам он только что убил коня. Терять было нечего, защитник заговорил с дерзостью, которая потрясла его самого:
-Ты мой хозяин и мой всадник. Приведешь нового коня - и его порву.
Жеребец последний раз дернулся, сипло выдохнув.
Командор усмехнулся, хотя глаза были непроницаемо холодны.
-У тебя есть имя?
-Черныш, - ответил кот не задумываясь. Прежний хозяин звал его Раттаном. Но это имя в прошлом. Как и Герот.
Харро неожиданно рассмеялся: -Черный Черныш... я мог бы и не спрашивать.
С этими словами он вернулся в шатер, оставив защитника с добычей. Кот сердито фыркнул вслед хозяину, чувствуя себя обескураженным. Хорошее у него имя. Не то, что высокопарные пустые слова, которыми защитников называют люди.
А смех у командора такой же жесткий и неуютный, как он сам. И смерть коня, кажется, не расстроила его вовсе. Черныш вспомнил, как гордо нес жеребец своего хозяина. Ему стало грустно и отчего-то стыдно.
Защитник тряхнул головой, отгоняя непрошенные мысли. Подцепил когтями маску, пытаясь стащить ее с мертвого коня. С удивлением понял, что она не поддается, словно это и не маска, а причудливый костяной нарост. Повозившись немного, кот оставил свою жертву в покое. Черныш не был голоден - оленя, которым он подкрепился в обед, хватит еще на несколько дней.
В лагере до сих пор стояла напряженная тишина. Защитник огляделся - шакалы, забыв свои свары, стояли полукругом и угрюмо смотрели на Черныша.
Вожак вышел вперед, вздыбив шерсть на холке, глухо прорычал:
-Вот что, котенок, чтоб к утру даже запаха твоего тут не осталось. Иначе каждую ночь от тебя будут отрывать по куску.
Зависть, понял Черныш. Ни один шакал не посмел бы тронуть собственность командора или заговорить с ним дерзко. А защитник, только появившись, нарушил все мыслимые границы - но до сих пор жив. Он оскалился в ответ, зашипел, выпуская когти.
-Тогда я каждую ночь буду убивать по шакалу. Пошли прочь!
На него не посмели напасть возле командорского шатра. Только уволокли конскую тушу - до утра стоял треск разгрызаемых костей.
 

Ни слова о людях
IP записан
 
Ответ #113 - 06/07/11 :: 8:38pm

Евгений Хонтор   Вне Форума
Матерый
Зверь с гривой из трав
и ветра
Россия, Москва

Пол: male
Сообщений: 333
****
 
И так... мелкое-несерьезное, родившееся между делом)

ДЕМИУРГ
Солнце мое - разделю, всем поровну.
По кусочку: живого, игристого, теплого.
Ветер мой - и ветра хватит на каждого:
Шерсть да перья взъерошит, и волосы.
Небо мое - мне не жалко, для всех открытое.
Кто был грешен, а кто был свят -
мне судить ли их?
А кто землю выберет - тем травы степной,
Чтобы вечно пела о них и помнила.

МИНУТА СЛАБОСТИ
Белая крыса, красные капли глаз.
Хочу быть крысой, спать в гамачке уютном.
Морковка и лист одуванчика, теплые руки -
Маленький мир для маленького зверька.

Мир безопасности, мир для игры и неги...
Хочу быть крысой, спящей в моих ладонях.
 

Ни слова о людях
IP записан
 
Ответ #114 - 06/09/11 :: 6:45pm

Евгений Хонтор   Вне Форума
Матерый
Зверь с гривой из трав
и ветра
Россия, Москва

Пол: male
Сообщений: 333
****
 
Потихоньку...

Под утро ударил заморозок. Ранняя, нежданная осень дохнула холодом. Трава покрылась инеем; листва, еще зеленая, сиротливо съежилась на ветвях. Даже утреннее солнце, казалось, не узнавало этот мир. Чахлый перелесок, поляна, лагерь - все серебрилось в его лучах.
Черныш безучастно наблюдал, как тают в морозном воздухе клочья пара - его дыхание. Он плохо спал этой ночью - не из-за шакалов, хоть об их существовании и угрозах защитник не забыл.  Смешанные чувства изводили его - то гордость, то стыд, то смятение.
Командор Черныша заметил. Может, и принял, раз даже имя спросил. Но не высока ли цена для маленькой победы? Хозяин признаёт лишь силу и жестокость. Сможет ли Черныш быть жестоким? Не так, как со злосчастным конем - едва осознавая себя, в ярости. Сможет ли убить, если ему прикажут: безоружного пленника, старика, ребенка? Он защитник, а не палач - но не все ли равно командору?
Тоска по дому, внезапная и горькая, охватила Черныша. У Герота была семья - двое сыновей, рано оставшихся без матери. Поначалу зверю не разрешали приближаться к ним. Но однажды пятилетний мальчик, старший сын хозяина, тайком забрался к нему в сарай. Наутро его хватились, слуги были биты, двор шумел, как разворошенный улей. В конце концов, отец нашел малыша спящим в крыльях защитника, целым и невредимым. Обоих наказали, но не прошло и недели, как мальчик снова прокрался к Чернышу, и кот полночи катал его по двору, придерживая и согревая крыльями, пока слуги не забрали задремавшего ребенка.  После этого случая Герот сдался и позволил детям играть с Чернышом, пусть и под присмотром стрелков.
Это были самые светлые воспоминания - защитник обожал малышей. Даже когда младший, карапуз двух лет от роду, тянул его за усы, путал гриву или колотил хвостом по полу - кот все терпел, все было в радость.
Во что он превращается теперь? Среди чудовищ легко не заметить, как становишься одним из них. Защитник взбунтовался против своей сути, но чем была эта слепая ненависть к коню, как не борьбой за место рядом с хозяином?
Палка внезапно оказалась о двух концах, мир утратил простоту и цельность. Черныш запутался.
Что теперь думает о нем Тингра, который ухаживал за конем командора: кормил и чистил, расчесывал гриву? Зверь поднял голову, осматривая лагерь. Лекарь хлопотал у своего шатра, возле очага, сложенного из четырех больших валунов. Огонь плясал, вылизывая днище котелка, в воздухе таял горячий пар и запах мясной похлебки. Черныш заставил себя встать и подойти. Лекарь обернулся, посмотрел на него с укором. Защитник, виновато опустив голову, вздохнул.
-Прости... за коня.
-Тингра любит лошадей, - грустно прожурчал лекарь. - Но кота он тоже любит.
Черныш с надеждой поднял глаза и уткнулся взглядом в пятнистую спину. Тингра уже отвернулся, перемешивая суп.
Защитник, пристыженный, вернулся на место. Стало немного легче. Тингра расстроен, но он простит... Черныш закрыл глаза. Бессонная ночь сказывалась - в голове шумело, клонило в сон. Он почти задремал, когда вдруг почувствовал руку командора на загривке. Удивленно замер, пытаясь понять. В этом прикосновении не было ласки... но и фальши не было. Только задумчивость. Неловкость какая-то. Харро зарылся пальцами в густую гриву, ощущение было приятным, хоть и странным.
Защитник повернул голову, посмотрел хозяину в лицо. Нет, все тот же непроницаемый взгляд. За этот лед не пробиться - ни сейчас... никогда.
Он не собирался спрашивать - вырвалось:
-Если я буду служить тебе... мне ведь придется убивать по твоему приказу? Даже тех, кого не хочу?
-Нет.
Зверь недоверчиво покосился на хозяина, ища подвох.
- Для этого есть шакалы - их такие приказы не тяготят, - голос спокойный, твердый. - Но чаще я убиваю своей рукой.
А ведь это правда, понял Черныш. Командор не станет его ломать. Не придется против воли совершать жестокие, постыдные поступки, чтобы угодить хозяину. Защитник привстал и благодарно ткнулся мордой в грудь командора.
Его не оттолкнули.
 

Ни слова о людях
IP записан
 
Ответ #115 - 06/10/11 :: 1:52am

TAtYana   Вне Форума
При исполнении
ренегат
Москва

Пол: female
Сообщений: 2494
*****
 
Замечательно как, интересно. Дааааальше! Улыбка
 

"За убеждения страдали Софья Перовская, Жанна д'Арк и Любовь Шевцова, а не девочки, которых в уютной ЖЖ-шечке обсмеяли"
(c) Змей (Ю.Нерсесов)
IP записан
 
Ответ #116 - 06/11/11 :: 6:16pm

Евгений Хонтор   Вне Форума
Матерый
Зверь с гривой из трав
и ветра
Россия, Москва

Пол: male
Сообщений: 333
****
 
Blackfighter, спасибо!
Пишется потихоньку.
Еще кусочек. Подумал я о том, что вряд ли буду писать вторую вещь по тем же событиям. А в первом наброске про некоторых героев только вскользь. Решился расширить "Черныша" на еще одну линию. Чует мое сердце, масштабы перевалят за рассказ и не факт, что удержатся в повести. Но пока оставим на время командора с его защитником, по плану - знакомство с новыми героями и встреча кое с кем из старых =)

***
-Что, здесь твоя бабка-травница живет? - презрительно бросил альбинос, обнюхивая тропу к неопрятному, заброшенному на вид дому.
-Она - хороший лекарь, - огрызнулся Рыжок. - Другого у нас не будет.
За эти два дня Рыжий успел пожалеть, что помог Снегу. Альбинос оказался редкой сволочью. Слова он будто выплевывал, с язвительной злобой и без капли сочувствия.
-Молчуна вылечит только пуля в лоб - от него падалью пахнет. Спао не помешает побольше мозгов. А моей лапе нужен покой. Сомневаюсь, что все это мы найдем у знахарки.
Спао огрел себя хвостом по бокам и протянул обиженно:
-Плохой Снег... Почему Снег такой плохой?!
Альбинос подошел, припадая на переднюю лапу, смерил старика взглядом.
-Снег плохой, потому что говорит правду. Ты - недоумок, Молчун - не жилец, а ведет нас - сопляк.
Терпение Рыжего лопнуло. Он зарычал, расправил крылья, показывая угрожающий черный рисунок.
- Хватит срывать зло на них! Брось вызов мне, если неймется!
Альбинос повернулся, сморщил морду, как от резкого запаха. Развернул здоровое крыло, передразнивая Рыжего. Второе, изувеченное, осталось плотно поджатым. Не крыло - высохшая культя.
-Мне размаха не хватит даже с тобой, заморышем, меряться, - язвительно осек Снег. - Веди уж... вдруг найдешь дорогу в светлый край, где нас примут с распростертыми объятиями. Я таких дорог не знаю.
Его прервал сдавленный хрип Молчуна. Защитник осел на землю, темно-бурые бока тяжело вздымались, подрагивая. Из раны по шерсти тек гной.
Рыжок сорвался с места и в несколько прыжков оказался возле дома знахарки, пытаясь на бегу вспомнить имя.
-Бира!
На порог вышла пожилая женщина в мужском платье, с мушкетом в руках. Узнав зверя, она опустила ружье.
-Чего заявился? Кто это с тобой?
-Друзья. Бира, нам помощь нужна, - Рыжок с надеждой посмотрел ей в лицо. - Нам идти больше некуда.
-Я уже года три как не врачую,- женщина нахмурилась. - Почему ко мне пришли? Ты-то ничейный, никто на тебя не польстился. А у этих хозяева должны быть.
-Нет больше хозяев. Просто помоги.
Бира вздохнула, неодобрительно глянув на гостей. Зашла в дом, вернулась с большой сумкой через плечо.
-Тот, бурый, на вид совсем плох. Не очень-то надейся.
Рыжок кивнул, подбежал к Молчуну. Лизнул его морду - нос был горячий, как уголь. «Нельзя, чтобы он умер. Мы ведь даже имени его не знаем», - подумал Рыжок. Бурый за все время не проронил ни слова, не отвечал на вопросы. Шел упрямо, пошатываясь, временами взрыкивая от боли. Молчуном его едко прозвал Снег.
Тяжелая сумка упала на траву, Бира склонилась, чтобы осмотреть рану. Помрачнела.
-Давно?
-Два дня...
-Если б задело легкое, был бы давно мертв. Но рана грязная и запах дрянь, - знахарка покачала головой. - Гангрена. Лапу бы отрезала, а тут... не жилец он. Сделаю, что смогу, только не рассчитывай на чудо. Что с остальными?
-У белого плечо... а Спао пуля пол-уха снесла. До кости.
Альбинос грубо прервал их:
- Раз Молчун все равно сдохнет, займись моей лапой, женщина. Если она загноится, стервятникам будет двойное счастье.
-Что ты за мразь! - прошипел Рыжок с отвращением.
Альбинос прищурил темно-красные, цвета запекшейся крови, глаза.
-А ты - само благородство. Но если нас вдруг найдут солдаты, ты свое благородство засунешь в задницу - полетишь прочь так быстро, как позволят твои хилые крылья. Вместе с недоумком. И не оглянешься.
Рыжий вскипел, рявкнул Снегу в морду:
-Я не брошу своих, даже такую тварь, как ты!
-Тогда ты не вожак, - холодно отрезал альбинос. - Идиот, из-за которого сдохнут все трое.
Бира слушала их перепалку молча, раскладывая инструменты. Закончив, она повернулась.
-Рыжок, ведро - у порога. Ручей - дом обойдешь и налево, там еще яблоня старая. Чего стоишь? Резво, резво!
Зверь, тряхнув головой, припустил к дому. Знахарка пошла следом, исчезла в дверях; вскоре из трубы повалил густой серебристый дым. Вернулась Бира уже с кастрюлей, в которой булькал кипяток.

И бонус.
Иллюстрации к "Чернышу". Подумал, что тем, кто читает, может быть интересно, как выглядят персонажи, которых я, каюсь, не всегда удачно описываю. В окончательной правке, конечно, постараюсь исправить это упущение, но пока еще до нее дойдет...
Черныш. Набросок мой. Правда, с ошибками в строении крыльев - они должны быть вторым поясом конечностей, а не над лапами. И рога немного не такие.
Ездить на таком, понятное дело, гораздо неудобнее, чем на лошади. Без специального седла - только шагом, вразвалочку.
http://hontor.ru/_ph/42/2/413073530.jpg

Тингра. Рисовал Лео. На самом деле, в самой первой версии Тингра был просто человеком со странностями и нессколько вытянутой лицевой частью. Но после этого рисунка захотелось сделать его поэкзотичнее.
В целом по ощущению похож, но ноги постройнее и щупальца обычно аккуратно уложены на шее.
http://i066.radikal.ru/1106/7d/1676bcf12b25.jpg

Командор, он же Тар-Харро, он же Харро. Рисунок вообще-то левый, автор Михаэль Кормак. Просто похож. Одежда, естественно, проще. Меча у него нет, только кинжал. Ну и когтей никаких, он свои "трофеи" и так помнит.
http://s39.radikal.ru/i086/0903/1d/88b2fdbe5510.jpg

Шакалы. Здесь практически без всяких но. Только уши длиннее и торчком. Рисунок условно мой - обработка в ФШ эндрюсарха из "Прогулок с чудовищами".
http://i011.radikal.ru/1106/c7/54bd0844959d.jpg

Собеседник командора - тот самый черный пес в клубах черного дыма =) Рисунок мой.
http://hontor.ru/_ph/42/2/811050676.jpg
 

Ни слова о людях
IP записан
 
Ответ #117 - 06/15/11 :: 5:18pm

Евгений Хонтор   Вне Форума
Матерый
Зверь с гривой из трав
и ветра
Россия, Москва

Пол: male
Сообщений: 333
****
 
Чуть-чуть продолжения...

-Ты, полосатый... Спао? Ляг ему поперек брюха, и лапы задние придави. А ты, Рыжок, держи крылья и голову.
Молчун ухнул под тяжестью двух тел, но затих доверчиво, даже не дернувшись. Знахарка сбрила ножом шерсть вокруг раны - кожа была бледной, с проступившими синими жилами. Стоило ее коснуться, гнилостный смрад становился невыносимым.
Бира все больше хмурилась.
-Сердце-то как дурное... аж заходится. Крепче держите.
Нож глубоко вошел в рану, вырезая омертвевшую плоть, до живого кровавого мяса. Зверь заскулил, заскреб когтями по земле. Рыжий обнял его лапами, утешая.
-Терпи. Ты не умирать сюда шел, ты поправишься.
Молчун, как большой ребенок, попытался спрятать морду в его жидкой, щетинистой гриве.
«Альбинос неправ», - подумал Рыжий, наблюдая, как Бира прочищает рану и вытаскивает пулю. - «Два дня Молчун боролся за жизнь, он не хочет сдаваться. И мы не должны».
Знахарка достала из сумки бутыль с травяной кашицей, густо смазала края раны, которая теперь зияла кровавой воронкой.
-Так хоть новой заразы не занесет. Перевязывать нельзя, придется следить, промывать. Рыжок, сбегай, принеси еще воды, а я посмотрю, что с белым.
Снег лежал рядом, отвернувшись, изредка поглядывая в сторону Молчуна. Брезгливая гримаса не сходила с его морды. Держать себя он не позволил, только зашипел, когда Бира, не слишком церемонясь, вытянула щипцами застрявшую в лопатке пулю - с третьей попытки.
-Жить будешь, - хмыкнула она, закладывая рану зеленой кашицей. - А бегать - нет.
-Без крыла, теперь еще хромой, - альбинос поморщился. Заметив сочувствующий взгляд Спао, он бешено огрел себя хвостом по ляжке. - Чего уставился, недоумок? Чтоб еще меня убогие жалели!..
Знахарка смерила его взглядом:
-Тощий и злой, как шатун по весне. Красный Снег - не твое, часом, имя? Наслышана.
-И что рассказывают? - он насмешливо оскалился.
-Уж рассказывают. Ты гонор-то попридержи, здесь твоего лорда-хозяина нет. Кормить и лечить тебя буду я, а не он.
Альбинос поднялся, не обращая внимания на боль. Прищурился, глядя женщине в глаза. Заговорил тихо, но слова клокотали в горле.
-Мой хозяин сам, лично направил на меня мушкет. Не побрезговал встать среди низкородных. Мне повезло, что стреляет он хуже бабы. Если встречу - вырву ему хребет и раздавлю голову зубами. Я больше не защитник, для меня правил нет. И хозяина нет. Я, наконец, смогу убить того, кто им был. Того, ради кого я три года назад остановил крылом вражеский меч - и навсегда забыл, что такое небо. Думаешь, раз вытащила пулю, я тебе чем-то обязан? Ждешь благодарности? За что, за хромую лапу? Можешь крыло мне вернуть? Нет? Тогда закрой рот, женщина.
 

Ни слова о людях
IP записан
 
Ответ #118 - 06/18/11 :: 11:00pm

Евгений Хонтор   Вне Форума
Матерый
Зверь с гривой из трав
и ветра
Россия, Москва

Пол: male
Сообщений: 333
****
 
Бира сверкнула глазами, подняла с земли котелок - казалось, сейчас кипятком окатит. Вместо этого она молча подошла к притихшему Спао, осмотрела голову. Пуля прошла вскользь, содрав кожу, рана была чистой и уже начала подживать.
-Тебе - только отдых и сон. Рана неопасна.
С этими словами она ушла в дом. Повисло неловкое молчание. Рыжок вылизывал Молчуна, мрачно поглядывая на альбиноса. Спао бесцельно бродил кругами перед домом, повторял одну и ту же фразу:
-Спао хочет к хозяину... Спао хочет к хозяину...
-Спао хочет сдохнуть, - протянул Снег с той же интонацией, передразнивая старика. Тот обиженно взревел.
-Хозяин хороший!
-Да-да, хороший добрый хозяин вспорет тебе брюхо и намотает кишки на меч. Может, даже пнет напоследок от избытка любви. Ложись спать, недоумок. Слышал, что тебе травница сказала?
Спао замер, вид у него был несчастный. Казалось, он честно пытался понять, как хозяин может быть плохим.
Рыжок вздохнул. Спао и Снег - одногодки. Но один выглядит стариком, изможденным, измученным жизнью, а другой - в расцвете сил. Почему так? Это альбинос особенный, или что-то сжигает Спао раньше времени, забирая у него годы? Спао выжил чудом, пуля оглушила его, иначе, даже раненый, он побежал бы за хозяином. Такие, как он - все погибли. Остался злобный Снег, Молчун, не проронивший ни слова, и он, Рыжок. Сопляк, которому на вид не больше пяти месяцев, хотя пошел уже второй год.
Солнце клонилось к закату, поднялся ветер. Неожиданно холодный, резкий. Осенний. Альбинос привстал, поднял голову, жадно слушая, как шелестят кроны. Расправил здоровое крыло навстречу ветру. Он даже не повернулся, когда скрипнула дверь - знахарка несла котелок, густой запах травяного отвара наполнил воздух. 
Молчуну пришлось лить в пасть по кружке: он пытался лакать сам, но больше разбрызгивал, чем глотал. Тем же отваром Бира промыла рану.
-Наутро видно будет, а пока - только надеяться.
Она оттерла пот со лба, села рядом, на траву.
-Ну, Рыжок, рассказывай. Что беда случилась, я уже вижу.
-Сопляк тебе много не расскажет, - перебил Снег. - Он пришел ночью и видел только поле, заваленное трупами. Обычно люди убивают там друг друга, но мы лишили их такой радости. Я помню свою первую битву. Тогда против нас были люди и кони. Все просто: убивай врагов хозяина, купайся в крови. А когда у врага - такой же защитник, ты и рад бы убить обоих, да не можешь. Защитники против защитников - генералы что, умом тронулись? Мы сорвали битву, было много слов про оскорбленную воинскую честь и бога Мерраху. А потом нас перестреляли, как псов. Я заполз под раненого, он хрипел и дергался, пока шею не перерубили. Кровью несло отовсюду, привкус был даже на языке - словно я сам порвал недобитку горло. Никогда не думал, что кровь может пахнуть так мерзко. Были, кто выжил, затаился, но стоило хозяевам отойти - бросались следом. Я лежал под тяжелой тушей и думал, когда ж мой черед, когда зов внутри заставит выскочить и побежать за хозяином. А оказалось, что мне плевать. На зов и на хозяина. Когда люди ушли, я попытался вылезти и не смог. Ночью пришел сопляк, искал живых. Помог выбраться. - Снег повернулся к Рыжему. - Да, и что ты забыл на том поле?
-Меня отправили из храма с письмом. - Рыжок был недоволен, что его перебили, но альбинос прав - о таком должны рассказывать очевидцы. - Сказали, что послание важное. Передать лично главнокомандующему Эртайгона.
Бира слушала, лицо ее все больше мрачнело. Когда защитники замолчали, она высказалась резко и зло.
-И они еще называют себя воинами? Выродки. Совсем озверели. И Мерраху этот - никакой не бог. Гнусная тварь, которая играет с чужими судьбами.
Рыжий изумленно замер - он жил при храме Мерраху и привык к другим словам в адрес бога. Снег же и ухом не повел, только спросил:
-И где сейчас это письмо?
-Не знаю... может, потерял, пока тебя вытаскивал. Какая теперь разница?
Бира присмотрелась, подошла к Рыжему.
-Шлейка посыльного цела... - узкая лента была почти незаметной в гриве. - И письмо на месте.
-Ты сможешь его прочитать?
-Рыжок, я живу в глуши, но читать не разучилась.
Знахарка внезапно нахмурилась. Повертела письмо то так, то эдак.
-Оно пустое. Это просто клочок бумаги.
Снег скривился.
-Какой в этом смысл, женщина? Там должно что-то быть.
-В нем ничего нет. Рыжок, кто тебе его дал?
-Жрец... Они не называют имен. Даже пахнут почти одинаково. Сказал - главнокомандующий будет ждать на Полях Славы. И чтоб я поторопился. Но люди ушли еще днем...
Бира покачала головой.
-Бессмыслица какая-то. Войска никогда не остаются в тех местах на ночь, это дурная примета. Всегда отходят под ближайшую деревню. Ты все верно расслышал? Тебя отправили к Полям Славы или к деревне рядом с ними?
-Нет, про деревню не было ни слова. Мне несколько раз повторили, куда лететь.
-Значит, кому-то было нужно, чтобы выжившим помогли, - знахарка задумчиво вертела в руках пустое письмо. - Это - единственное объяснение, которое приходит на ум. Но жрецы?..
-Только не жрецы Мерраху, - фыркнул Снег. - С благословения этих шакалов нас пустили в расход. Скорее, сопляка отправили сдохнуть вместе со всеми.
-Какой в этом толк? - Бира пожала плечами. - Судя по твоему рассказу, те, кто остались при храмах, тоже мертвы, вряд ли их пожалели. Незачем отправлять фальшивое письмо, если можешь убить на месте.
-Значит, кто-то помогает нам? - встрепенулся Рыжий.
Женщина вздохнула, потрепала его по холке.
-Или играет с вами. Пойду я спать, Рыжок. День был тяжелый.
Дверь за ней закрылась с протяжным скрипом. Старый дом в сумерках напоминал больного, взъерошенного зверя. Из-под покосившейся крыши с писком вылетела летучая мышь, исчезла в темноте. На лес опустилась тишина, только шуршали по кустам ежи. Ветер приносил запахи мелких зверьков, копошащихся в прошлогодней листве. Спао что-то бормотал себе под нос про Снега и хозяина, изредка тяжело вздыхал Молчун. Альбинос бродил вокруг дома, мышковал. И ведь не жалел больное плечо, наловчился: временами слышался короткий писк и тут же обрывался, сменяясь сочным хрустом.
Рыжий наблюдал за ним, положив голову на лапы. В животе урчало. Он, в отличие от Снега, не умел охотиться даже на мышей. Альбинос сволочь, но старше, умнее. Больше знает о жизни. Рыжок, конечно, привел защитников в безопасное место, к лекарю... Только дальше что? Какой из него вожак? Вспомнился умирающий, которого Рыжок бросил на том поле. Он бы все равно не выжил, но разве так поступают вожаки?
-Чего раскис, сопляк? - Снег подошел бесшумно, как привидение.
Рыжок отвернулся. Глупо изливать душу перед злобной бестией. Но он устал все держать в себе, потому нехотя ответил.
-Я оставил там раненого... Он был хуже Молчуна, не смог бы даже подняться. Но он еще дышал. А я бросил его. Испугался. Сбежал. Я не знаю, что делать дальше, куда идти... Какой из меня лидер?
Снег молча бросился на него, молотя лапами по морде и шее. Шерсть полетела во все стороны, Рыжок вскочил, ошалело отпрянул. Но альбинос словно взбесился - лупил наотмашь, выпустив когти. Отпустил, только когда выдохся. Рана на его плече разошлась, шерсть потемнела от крови.
-Еще хочешь поныть? - свирепо прорычал Снег. - Нам нужен лидер. За неимением лучшего - сойдешь.
Рыжий почти ослеп от крови, заливающей глаза, и налипшей на морду шерсти. Глубокие царапины горели огнем.
-Почему не ты сам? - прошипел он, отступая.
-Потому что тогда я порву глотку Молчуну, чтоб не мучился. И недоумку, чтоб не висел мертвым грузом. А потом и тебе, сопляк, - когда разозлишь. Я хороший вожак сам себе, а не вам. Хочешь по-моему?
«Снег обезумел, - ужаснулся Рыжий. - Так легко говорит об убийстве, может и загрызть... Я не лидер, но больше некому. Спао даже о себе не позаботится. Молчун - хорошо, если выживет...»
Альбинос будто почувствовал эту перемену, фыркнул, отошел. До утра было тихо.
На рассвете, едва небо стало светлеть, Бира разбудила Рыжего.
-Кто это тебя? А, чего я спрашиваю, у вас же только один бешеный, - она сердито глянула в сторону спящего Снега. - Мне твоя помощь понадобится. Как услышишь рожок - беги туда.
Рыжий кивнул, провожая женщину взглядом.
Солнце уже поднялось над деревьями, разогнало ночной холод, когда раздался выстрел и вслед за ним - сиплый, заунывный звук рожка. Рыжий помчался на звук, петляя среди деревьев. Звук становился ближе, громче, пока защитник не выскочил на большую поляну. Пахло кровью и порохом, в траве лежал подстреленный олень. Бира ждала на опушке. Завидев Рыжего, она повесила рожок на пояс.
-Поможешь оттащить к дому? Мне одной - полдня возиться.
Защитник, довольно урча, схватил добычу за шею и поволок. Сегодня всем будет еда, даже белому гаду. И это лучше, чем мышей жевать. Спао обрадуется, Молчун поправится быстрее на сытый желудок. Пусть не Рыжок поймал оленя, но это он несет добычу своей маленькой стае. А когда-нибудь сам научится охотиться для них.
 

Ни слова о людях
IP записан
 
Ответ #119 - 06/25/11 :: 11:56pm

Евгений Хонтор   Вне Форума
Матерый
Зверь с гривой из трав
и ветра
Россия, Москва

Пол: male
Сообщений: 333
****
 
-Поможешь оттащить к дому? Мне одной - полдня возиться.
-С радостью, - защитник ухватил добычу за шею и поволок. Сегодня всем будет еда, даже белому гаду. И это лучше, чем мышей жевать. Спао обрадуется, Молчун поправится быстрее на сытый желудок. Пусть не Рыжок поймал оленя, но это он несет добычу своей маленькой стае. А когда-нибудь сам научится охотиться для них.
Завидев его, Спао вскочил, громко, довольно заурчал. Его счастливая морда была лучшей наградой, но голос альбиноса окатил, как холодный душ.
-Сопляк стал охотничьим псом? Дичь для хозяйки таскает?
Ночная вспышка ярости не прошла бесследно: когда Снег попытался встать, раненая лапа его подвела. С коротким злым рявком он упал на землю, зашипел, бессильно молотя хвостом по бокам.
Рыжок выпустил оленя, облизнул усы. Тряхнул головой и решительно направился к Снегу. Тот оскалился, из горла вырвалось клокочущее рычание. Глаза бешено сверкнули. Но молодой защитник не отступил; придавив его лапой к земле, стал зализывать рану. Снег зарычал громче, выпустил когти. Его хвост хлестал по траве, как плеть. Рыжок знал: стоит показать слабость, вздрогнуть, и альбинос вцепится в него. Покалечит, а то и убьет.
-Не надо! - испуганно мявкнул Спао, отскакивая от них. - Бой будет, плохо!
Старика не услышали. Рычание сорвалось на злобный вой - оставив рану, Рыжок принялся вылизывать клочковатую белую гриву. Снег ударил подростка задними лапами в бок, выворачиваясь. Рыжий молча схватил его за горло. Хватка была неожиданно сильной, альбинос замер. Язык, жесткий, как наждак, прошелся по его сморщенной морде. Стоило Снегу зарычать, Рыжий кусал его, а потом опять вылизывал. Альбинос был вынужден терпеть. В конце концов, он сдался. Прошипел мрачно:
-Хватит. Твоя взяла, сопляк.
Рыжий медленно отошел, расправив крылья. Повернулся, обвел взглядом поляну. На лице Биры было одобрение. Спао сидел взъерошенный, прижав уши к голове, - он еще не совсем понял, что произошло. Даже Молчун привстал.
Альбинос смерил их презрительным взглядом, фыркнул. Но его оставили в покое. Дел с утра хватало и без Снега: принести воды из ручья, растопить печь, разделать оленью тушу... Знахарка лучшие куски забрала, бросила в большой котел.
-Молчуну отварное, пока болеет, а вы и так привыкли. Все, что осталось, делите сами.
Из приоткрытой двери потянулся густой, горячий запах мясного бульона. Бира присела на крыльцо, достала из сумки травы и сосредоточенно перебирала их, не обращая внимания на звуки звериной трапезы.
Рыжий сам приволок Снегу его долю - ногу с большим куском брюшины. Альбинос, вцепившись в окорок, глухо заворчал, но Рыжок уже отвернулся. Подошел к туше, лег рядом со Спао и принялся за еду. Глядя, как они глодают каждую косточку, обчищают языком до белизны, Бира хмыкнула. Четверо таких великанов одним оленем не наедятся.
-Досыта кормить не смогу, иначе дичь уйдет. Придется вам пока впроголодь.
-Можно скот таскать, - неуверенно предложил Рыжок. - Если ночью, никто не узнает...
Снег резко повернулся.
-Идиот. Хуже Спао. Ты следы заметать умеешь, сопляк? Люди начнут искать, придут сюда. Убьют и нас, и травницу.
Рыжий умолк. Его признали вожаком, но от язвительных нападок это не спасло. Может, и к лучшему - Снег был прав.
-Воровать скот - дрянное дело, - согласилась Бира. - Люди по окрестным деревням небогатые. Корова семью кормит, а без быка поле не вспашешь. Так что про скотину забудьте.
Она встала, подошла к Молчуну - осмотреть и промыть рану. Молчун с утра чувствовал себя немного лучше, хотя багровая воронка на груди выглядела жутко и сладковатый запах, еле ощутимый, незаметный для человека, исходил от нее. Этот запах не давал Рыжему покоя, но Бира и так делала, что могла.
После обеда знахарка накормила Молчуна вареной олениной. Зверь жадно вылакал теплый бульон, проглотил мягкое, разваренное мясо. В его глазах появился живой блеск. Бира погладила львиную морду.
-Нос горячий, но взгляд бодрый. Так просто не сдашься, да?
Бурый уркнул и лизнул ее руку.

К вечеру Молчуну стало хуже. Гнилостный запах усилился, лихорадка вернулась. Знахарка отпаивала защитника травяным отваром, дважды промывала рану, но это не помогло. Болезнь дала всего день передышки. Теперь она безжалостно вгрызалась в тело, будто стремясь наверстать упущенное.
Рыжий лег рядом, обнял Молчуна, слушая, как бьется его сердце - слишком быстро, как после бега. Бира сидела с ними до самой ночи, гладила темную гриву; волос стал слабый, ломкий. Когда луна спряталась за деревьями, травница ушла в дом, наказав позвать ее, если больному зверю станет хуже.
Рыжок все же задремал - чутко, как умеют лишь звери. Но вместо сновидений пришла вязкая, холодная темнота. Черный дым обволакивал, проникал в тело, под кожу, сдавливал грудь. Тьма сгущалась, забивая нос и уши. Рыжий попытался вскочить, но ватное тело не слушалось. Ужас охватил защитника: не только за себя - за беспомощного Молчуна, за свою стаю, за Биру. Он не мог даже зарычать, предупредить их. Внутри все заледенело. Время остановилось: ни стука сердца, ни дыхания, только нарастающая жуть...
Краски и звуки нахлынули внезапно, в один момент. Рыжок вынырнул из глубокого омута. Чернота исчезла. Вернулись ночные шорохи, запахи леса. Огонек свечи в окне. Под боком сопел Молчун, его дыхание было ровным и спокойным. Рыжий дышал тяжело. Сердце колотилось, дрожали лапы. Но сколько ни вглядывался он в темноту, сколько ни вслушивался - ничто не нарушало спокойствие леса. Обычная осенняя ночь. От земли тянуло холодом, холодные точки звезд сверкали над землей. В темных кронах пищали мелкие зверьки.
Приснилось... Рыжий поежился - уж слишком реальным был кошмар. Уснуть он уже не смог, вздрагивал от каждого шороха. Только с рассветом страх отступил, растворился в светлеющем небе.

С утра Бира осмотрела Молчуна, ее лицо не было таким мрачным, как накануне. Рыжок с надеждой посмотрел ей в глаза.
-Как он?
-Не хочу обнадеживать. Но выглядит получше. Лихорадка ушла, рана чистая...
Рыжий потянул носом воздух - запах, который так тревожил его, исчез. Совсем.
День выдался пасмурным, временами срывался мелкий дождь. Лес притих, нахохлился, как сердитый воробей. Первые желтые листья стыдливо прятались в зелени, серое небо навевало тоску. И все же день был радостным - уже в обед Молчун встал, пошатываясь, сам добрел до ручья. Счастливый Рыжок вылизал ему всю морду, вдвоем они укрылись от дождя под яблоней. Вскоре к ним присоединился и Спао, лег с другого бока, согревая бурого. Молчун замурчал - на каждом выдохе раздавалось звучное «Урррх, урррх».
Альбинос держался поодаль, не разделяя общей радости. Почти весь день он дремал, изредка поднимая голову, если раздавался резкий звук. Рыжий был даже благодарен ему за молчание. Снег парой злобных слов мог разрушить хрупкую, уютную теплоту.
Бира удивлялась, как быстро и внезапно Молчун пошел на поправку. На безмолвный вопрос Рыжего она только руками развела.
-Нам и о болезнях людей известно мало. О болезнях животных - тем более. А защитники появились семь лет назад, словно из ниоткуда, никто до сих пор не знает, что вы такое. Я была лекарем при армии Эртайгона, видела, как люди умирали, если их раны пахли гнилью. Или оставались калеками, без руки или ноги. Но иногда случаются странные вещи... - знахарка покачала головой. - Эта ночь была переломной. Молчун справился. Он выживет.
-Хороший, - Спао радостно ткнулся мордой в бурый бок. - Хороший!
Рыжок почувствовал, как растворяется гнетущая тяжесть последних дней, на душе стало легко, даже осенний дождь казался теплым.
Так на смену отчаянию приходит надежда.

Конец третьей главы.
 

Ни слова о людях
IP записан
 
Страниц: 1 ... 6 7 8 9 10